Skip to content
Главная | Из большого завещания франсуа вийона

Из большого завещания франсуа вийона

Трещит мороз - я вижу розы мая. Долина слез мне радостнее рая.

Удивительно, но факт! Отец наш Ной, ты дал нам вина, Ты, Лот, умел неплохо пить

Зажгут костер - и дрожь меня берет, Мне сердце отогреет только лед. Запомню шутку я и вдруг забуду, Кому презренье, а кому почет. Не вижу я, кто бродит под окном, Но звезды в небе ясно различаю. Я ночью бодр, а сплю я только днем.

Я по земле с опаскою ступаю, Не вехам, а туману доверяю. Глухой меня услышит и поймет. Я знаю, что полыни горше мед. Но как понять, где правда, где причуда?

Не знаю, что длиннее - час иль год, Ручей иль море переходят вброд? Из рая я уйду, в аду побуду. И сей завет да не осудят! Его я девкам завещал, Хорош ли, нет ли, — будь что будет, — За что купил, за то продал.

Удивительно, но факт! Не один только желудок здесь имеется в виду.

Притом не я, Фремен писал, — Беспутнейший писец на свете, И будь он проклят, коль наврал: Ведь за слугу сеньор в ответе [1]. Если прислушаться к тому, что говорит ученая братия, то вряд ли можно поверить в помутнение рассудка, послушного перу писца.

Его болезнь — это уединение, конец его любовных приключений.

Удивительно, но факт! С тех пор слава поэта не меркнет.

О чем он и говорит, не красуясь: Да, я любил, молва не врет, Горел и вновь готов гореть. Но в сердце мрак, и пуст живот — Он не наполнен и на треть, — На девок ли теперь смотреть? Мы не знаем позднейших переделок; некоторые комментаторы склонны полагать, что следует отнести к му и последующим годам всю первую часть произведения — приблизительно стихов.

Смерть Вийона — смерть литературная, если даже человек Вийон и побит изрядно жизнью.

Описание книги "Отрывки из "Большого завещания" и баллады"

Фремен дремлет, и тут уже ничего не поделаешь. И вот кончается исповедь, и начинается завещание в собственном смысле слова. Поэт говорит теперь о своей мести прямо. Пусть поймет, кто сможет. Время памфлетов — против епископа Орлеанского прежде всего — прошло: Еще лишь слово, но не боле: Фремен, когда не лег он спать, Запишет всех, кто недоволен; Никто не будет обездолен, А коль гарантия нужна, Пусть обеспеченьем сей воли Послужит Франции казна! Фремен, тебя с трудом я вижу И чувствую — мой близок час.

Похожие книги на "Отрывки из "Большого завещания" и баллады"

Возьми перо и сядь поближе, Дабы никто не слышал нас. Все, что диктую, без прикрас Пиши, — мне жить осталось мало! Я говорю в последний раз Для вас, друзья.

И вот — начало Слабеющее сердце также включено в мизансцену: Поэт идет до конца вымысла. Вийон острит по поводу и тех и этих, подхватывает свои находки. Он яростен, но прежде всего он развлекается.

Удивительно, но факт! С другой — миска, петрушка, очищенная репа.

Болен ли, нет ли, Вийон организует свой литературный выход. И небеспричинно включает он в новое произведение антологию своей продукции за истекшие годы. Когда Вийон вызывает к жизни или пересматривает свои прошлые завещания — в этом тоже вымысел, как и в сведении счетов.

Похожие главы из других книг

Поэт — человек с жизненным опытом, он знает элементарную юридическую осторожность, состоящую в том, чтобы сделать манеру изложения исключительно ясной, дабы избежать будущих судебных процессов, основой коих стала бы противоречивость толкований текстов. Возможно, все торопились увидеть Вийона ушедшим в мир иной. Как всегда, вымысел у Вийона имеет двойной смысл. Даже если его философия не выходит за узкие границы, произведение года представляется, как ни посмотри, завещанием.

Иначе говоря, завещание года было игрой, а кто принял его всерьез, сам повинен в ошибке. Завещание года — чистосердечно.

Рекомендуем к прочтению! провокация для дачи взятки

Тут тоже Вийон подмигивает. Он не думает дарить уже подаренное: Но он вновь возвращается к своим старым шуткам, только делает их более тонкими. И приступает к обсуждению главного: Этого сержанта Шатле на самом деле зовут Перренэ Маршан, а парижане знают его больше то как сутенера в борделях, то как служащего королевской юстиции. Ему ла Барр слывет отцом, Да, видно, согрешил он спьяну: Маршан, увы, не стал купцом! Дарю ему мешок с сенцом, — На этом ложе досветла Он может прыгать вниз лицом, Раз нет иного ремесла [5].

Маршан получает дополнение к своим благам: Смысл даров остается прежним: Циновка — для любви наспех В поэтическом переводе этих слов нет.

жТБОУХБ чЙКПО. пФТЩЧЛЙ ЙЪ "вПМШЫПЗП ЪБЧЕЭБОЙС" Й ВБММБДЩ

Ну что ж, я не лишаю дара Тех, кто его заполучил, И, скажем, к пащенку ла Барра Я стал еще добрей, чем был: Тогда ему я подарил Сенник. Теперь же, для обновки, Чтоб ноги он не застудил, Добавлю старых две циновки [5]. Когда Вийон говорит, что он оставил любовные игры, он в том же самом стихе сетует на невезение и обвиняет своего неверного друга: Другой, кто сыт и пьян, Воспользуется этим [6].

Другой занимает его место, потому что его желудок не пуст. Но каждый парижанин знает, что chantier — это подпорка для винной бочки, уже початой.

вБММБДБ РПЬФЙЮЕУЛПЗП УПУФСЪБОЙС Ч вМХБ

Отчаянье мне веру придает. Из "Большого завещания" Я знаю, что вельможа и бродяга, Святой отец и пьяница поэт, Безумец и мудрец, познавший благо И вечной истины спокойный свет, И щеголь, что как кукла разодет, И дамы - нет красивее, поверьте, Будь в ценных жемчугах они иль нет, Никто из них не скроется от смерти.

Будь то Парис иль нежная Елена, Но каждый, как положено, умрет. Дыханье ослабеет, вспухнут вены, И желчь, разлившись, к сердцу потечет, И выступит невыносимый пот.

Жена уйдет, и брат родимый бросит, Никто не выручит, никто не отведет Косы, которая, не глядя, косит. Оригинальное звучание традиционных для того времени тем смерти, суетности мира, тоски о погибшей молодости обусловлено обстоятельствами, при которых поэт создавал свое творение: Вийон написал его в тюрьме после пыток, приговоренный к повешению.

Удивительно, но факт! Циновка — для любви наспех

В тюрьму он попал за драку с поножовщиной, после чего ему припомнили и давний грех — участие в ограблении. Французские мистериальные драмыписались отнюдь не на языке эвфемизмов. Достаточноетому подтверждение — приведенный ниже фрагмент мистерии о Распятии, где ангел обращается к Богу-отцу: Vostre fils bien amis est mort E vouz dormez comme un ivrogne. Отец предвечный, о, прав ли ты?!

Позором ты покрываешь себя: Сын твой возлюбленный был убит, А ты — спишь, как кабацкая пьянь.

Удивительно, но факт! Я книги Тайлевана взял, Искусство поваров постиг, С усердием рецепт искал, Как мне сварить такой язык.

Запомню шутку я и вдруг забуду, Кому презренье, а кому почет. Не вижу я, кто бродит под окном, Но звезды в небе ясно различаю. Я ночью бодр, а сплю я только днем. Я по земле с опаскою ступаю, Не вехам, а туману доверяю. Глухой меня услышит и поймет. Я знаю, что полыни горше мед.

Удивительно, но факт! Но разве скупой финансист не сыграл своей роли в жизни просящего у него?

Но как понять, где правда, где причуда? Не знаю, что длиннее - час иль год, Ручей иль море переходят вброд?



Читайте также

  • Нарушения пдд московская область
  • Коттеджи эконом класса ипотека